Газета – часть моей жизни

(воспоминания Г.П.Шишкина о работе корреспондентом в районной газете “Волга”, 1965-1973гг.)

Начало моей серьезной журналисткой деятельности относится к лету 1965 г., тогда я был выпускником Юрьевецкого зооветеринарного техникума.

Однажды к директору техникума Н.Д.Панникову пришел  редактор районной газеты “Волга” В.И.Смирнов и попросил дать выпускника на должность литературного сотрудника из числа “толковых” ребят. Выбор пал на меня и старосту группы В.Ильичева.  Я в это время редактировал в техникуме стенную газету. До этого в колхозе, на родине, будучи секретарем комсомольской организации, выпускал тоже стенгазету. К тому же имел связь с областной газетой “Ленинец”, куда писал о колхозной молодежи.

   И все же желание работать в газете нужно было подкрепить умением, тем более, что в В.Ильичеве я видел серьезного конкурента. Чтобы выбрать лучшего из нас, В.Смирнов дал обоим одинаковое задание – написать репортаж с лобановской молочно-товарной фермы. Мы с Валентином пять километров пешком шли до фермы и по моему предложению решили написать об обеденной дойке коров. Это был мой первый опубликованный в “Волге” материал. Так, 1 сентября 1965 года я был принят в штат редакции на должность литературного сотрудника в отдел сельского хозяйства и до сих пор считаю В.И.Смирнова «крестным» в выборе профессии журналиста.

Редакция в то время располагалась в РК КПСС – в здании, где сегодня находится ДШИ. Мы на первом этаже имели два кабинета, редактор – на втором.   Годом рождения редакции газеты “Волга” надо считать, думаю, начало лета 1965 г. До этого выходила газета “Приволжская правда” на два района – Пучежский и наш, редактором являлся Н.К. Гаранин, а В.И.Смирнов был у него заместителем. Став редактором, Василий Иванович стал набирать штат сотрудников. Сюда в первую очередь вошли бывшие журналисты, а поскольку “бывших” не хватало, набирали новичков. Обо всех них речь пойдет ниже, а сейчас слово о редакторе.

   В.И.Смирнов, журналист со стажем, оттачивал перо еще в Сокольском районе, в Пучеже перенимал опыт у одного из лучших в области журналистов Н.К.Гаранина. Поэтому он был готовым редактором. Будучи творчески инициативным, постоянно работал над совершенствованием лица газеты – среди своей группы района наша “Волга” не раз занимала призовые места, а мы, соответственно, крепли. Соединял в себе высокую журналистскую и политическую зрелость, принципиальность и требовательность руководителя, сочетая эти черты с душевной скромностью и щедростью. Он работал много с присущей ему энергией, всегда внося что-то новое в газету – новые рубрики, привлекающие заголовки, многообразие верстки газет. Я был свидетелем того, как он обновил название газеты: к слову “Волга” подрисовал речное судно “Метеор”, как бы выплывающее из “Волги”. Этой “смирновской” заставке более 40 лет, она и сегодня привлекает внимание.

Василий Иванович поощрял написание и публикации очерков, рассказов, репортажей и даже фельетонов, которые обязательно обсуждались на бюро РК КПСС. Он был инициатором так называемых “межрайонных летучек”, куда на встречу по обмену опытом мы ездили к коллегам в Пучеж, Сокольское, а они к нам. Он умел встречать, угощать и удивлять здешними красотами областное начальство, коллег-редакторов. Много раз бывал у нас Б.С.Малинкин, заведующий сектором печати ОБКОМа КПСС. Были в редакции и зарубежные гости – помню делегацию коллег из Польши.

Василий Иванович позволял “расти” сотрудникам – я по его рекомендации поступил и закончил в Москве ЗВПШ на факультете “Журналистика”, за что ему благодарен. Помню, во время учебы из Москвы по телефону передавал сюда репортажи об ивановской делегации, работающей на 25 съезде КПСС. Сам с группой делегатов видел много достопримечательностей. С одобрения редактора я принял участие в поездке в качестве туриста в ПНР и написал материал о поляках.

Смирнов делал погоду в коллективе, был не лишен чувства юмора, шуткой умел разрядить напряжение и даже в сугубо официальной обстановке мог к месту пошутить. Его задорный смех вселял веселость.

Сегодня на вопрос: какой был В.И.Смирнов редактор? – с полной уверенностью скажу: “Хороший редактор!” Наивно думать, что человек не имел слабостей, недостатков, что у него не было с нами крутых разговоров. Все это в нем было, и не следует полагать, что без этого можно добиться желаемых результатов.

В последующем В.И.Смирнов стал вторым по идеологии секретарем РК КПСС и редакторство сдал Ю.Г.Бодрецову, до этого собкору газеты “Рабочий край”, сильному журналисту.

О коллегах. К моему приходу в редакции имелось девять сотрудников. К “матерым” газетчикам относились Ю.А.Мальгин, Б.Соколов, В.Родин, М.А.Афонина, к начинающим – я, В.Солодов, Р.Гарнова, Е.Белинова.

Юрий Мальгин был заместителем редактора, вел наиболее ответственный партийный отдел, материал выходил под рубрикой “Партийная жизнь”  и занимал практически всю вторую полосу. Юрий Андреевич отличался миролюбивым характером, пытался всем угодить, никогда не спорил из-за строчек – от их большинства зависела наша зарплата, соглашался во всем с редактором. Несмотря на опыт, долго “обтесывал” материал – напишет, зачеркнет, опять пишет, к тому же писал неразборчиво, и ему приходилось машинистке читать свою статью. Порой приобретал рассеянный вид, был беспомощным без очков. Над ним нередко подшучивали. Помню эпизод: 1 апреля В.Родин говорит Мальгину: “Юрий Андреевич, в порту стоит ледокол, редактор велел сходить тебе, взять репортаж!”. Юрий Мальгин, не уловив подвоха, ушел в порт, вернулся под общий смех с улыбкой: “Что, разыграли!”.

Борис Соколов отличался от других ярким выражением, с хорошей постановкой слова, без “воды” в своих материалах. В отличие от Ю.Мальгина, он, не уступая редактору, дрался за каждое слово – не ради зарплаты, за каждое выражение, очень переживал за сокращение, а оно порой необходимо. Он вел “Литературную страницу”, сам писал рассказы. На этой почве  на пленере, а они проходили каждый понедельник, при обзоре материала возникали горячие споры, впоследствии доводящие до конфликта  Бориса и редактора. В результате Соколов ушел из редакции, затем работал, если память не изменяет, в Пучеже.

Владимир Родин – особый экземпляр. Писал очень легко, приехав из села, тут же по горячим следам готовил статью. Его материал чаще всего отличался резкостью, остротой проблемы, поэтому-то его статьи нередко были предметом обсуждения на бюро РК КПСС, а сельские руководители не раз грозились не пускать Родина на порог фермы. Плохо было то, что Владимир часто “закладывал за воротник”, от него постоянно несло перегаром, что привело его к увольнению, а я возглавил сельхозотдел. К тому же он был непредсказуем. Напротив нашего кабинета были два туалета. Однажды, во время пленума РК КПСС, В.Родин поменял местами букву “М” на “Ж”. Представляете, что было в перерыве пленума: женщины, особенно из села, видя “Ж”, заходили в туалет, мужчины же по инерции, не глядя на знак, шли в этот же туалет. А. Родин  наслаждался смехом. Факт дошел до “первого”,  редактор разгребал казус.

В.Ф.Солодова редактор нашел на льнопрядильной фабрике и посадил его на промышленный отдел. Начинающий газетчик проявлял упорство, постоянно поправляя спадающие с носа очки, он долго обдумывал материал, к концу дня его мусорная корзина была полной. Больше всего его заметки носили информационный характер, сил на анализ, полемику, вывод пока не хватало. Он много бывал на фабрике, в ДОКе, на всех промышленных предприятиях, и впоследствии из него получился хороший корреспондент, писал он даже очень неплохо и, уехав по семейным обстоятельствам в Заволжск, по-прежнему работал в газете.

Самый многолетний стаж в журналистике был у Марии Афониной – она еще в годы ВОВ была редактором районной газеты. Мария Александровна была в отделе писем. Зная практически всех юрьевчан, она легко общалась с авторами писем и телефонных звонков. Чаще всего были письма-жалобы, поэтому прежде чем опубликовать письмо, Мария Александровна, чтобы не родить последующую жалобу, изучала смысл и правду письма. Она была для нас непререкаемым авторитетом, и многие, не стесняясь, обращались к ней за помощью.

Самой тихой в редакции была секретарь Р.Ф.Гарнова. Она могла сидеть в углу кабинета у окна всегда со строкомером, заниматься версткой будущей газеты. Нередко окинув нас взглядом, она произносила: “Срочно нужно…”, называя сколько нужно сдать строк. Она вместе с редактором  (он ставил свою подпись на разрешение) видела лицо будущей газеты, делая и не раз переделывая макет, который вместе с отпечатанным на машинке материалом отправлялся в типографию  (ныне здание отдано под магазины).

 Нужной для каждого из нас была машинистка Нина Живодрова – это виртуоз машинопечатных клавиш, они стрекотали без остановки. А учитывая то, что газета была четырехполосная и выходила три раза в неделю, почти без ТАССовской информации, нетрудно представить, какой был объем печатания на машинке. Всех больше Нине доставалось  от Ю.Мальгина с его каракулями.

Немалая ответственность за качество газеты возлагалась на корректора Елену Белинову, кабинет которой находился в типографии, он же «красный уголок» праздничного застолья коллектива. Надо обладать хорошим зрением, терпением, вниманием, чтобы по нескольку раз – сначала в гранках, затем в оттиске полосы и потом в целом в газете, как говорилось у нас, – “найти блох”, т.е. пропущенные или не те буквы, цифры. Если ошибки все же проскакивали, не без этого – не та буква, цифра, повтор строки, не там запятая, не та фамилия и т.д., то был разнос и корректору, и дежурившему с ним корреспонденту. Разносный, помню, скандал с партийным выговором редактору вызвал такой ляпсус. Каждую неделю публиковалась сводка о достижениях колхозов, совхозов. В одной из них допустили сокращение, напечатав “колхоз “Впер. по-ленински”. За “Впер.”, был скандал, дошедший  до областного сектора печати.

С теплотой вспоминаю шофера редакции  Н.Фадеева, а затем В.Морозова. Их “Москвич-412” всегда был на ходу.

Шло время, одни корреспонденты   по разным причинам уходили, на их место приходили другие. Газета жила. Я вспоминаю тех, с кем локоть в локоть работал.

И о себе. Как попал в редакцию, написал выше. Тогда для меня, моих близких, папы, мамы было высокой честью – они там, в деревне, с гордостью говорили обо мне. А начинал стезю корреспондента, как и В.Солодов, с того, что много бумаги шло в корзину, а опубликованный в газете мой материал, который поправил редактор, прочитывал по нескольку раз. Потом, а точнее через два года, меня назначили заведующим отдела, осмелел, начал писать репортажи, очерки, полемические статьи, а свой первый рассказ “Как я поймал шпиона”, храню. Моими учителями по перу были все, особенно В.Родин, по знанию сельской тематики –  сама жизнь. Ведь до этого на родине я уже имел опыт сельской жизни и даже бригадиром поработал, поэтому “на мякине” меня уже трудно было провести.

Из-под пера выходили и удачные статьи, были и коварные. Одну из них, помню, написал о звеньевом картофелеводческого звена из Новленского В.Малахове, не видев его, а только со слов агронома В.Калачевой. Переврал. Однажды осенью приехал в Новленское с заданием написать о лучшем звеньевом района В.Малахове, подхожу к нему, а он мне: “Ничего говорить не буду, был тут весной какой-то Шишкин, наврал обо мне, передай ему – приедет, под плуг его положу”. Пришлось на виду всех механизаторов извиняться перед Владимиром.

Затем, повторяю, учеба в Москве, учеба на курсах повышения, а самое главное – желание работать – сделали из меня, думаю, неплохого газетчика.

Конечно, не сразу пришел авторитет, уважение. Еще долго ходил в непризнанных. Помню после районной отчетно-выборной партийной конференции, которая проходила в клубе льнофабрики, а мне было поручено дать материал, я к тому же был, как секретарь парторганизации редакции и типографии, делегатом конференции. После её завершения руководители пошли в лесотехническую столовую покушать. Я увязался за кем-то, и уже там, в столовой, ко мне подошел зав. организационно-партийного отдела В.П.Маслов и спросил: “Геннадий Павлович, Вас кто-нибудь пригласил сюда?” Сконфуженный, униженный, я снял с вешалки пальто и с глубокими размышлениями, наверное, обиженный ушел домой. Я был не прав, надо было соблюдать субординацию.

  После публикации ряда рассказов в своей, Пучежской, Сокольской, Чкаловской районных газетах, материалов в областных газетах меня приняли в Союз журналистов СССР. Горжусь тем, что рекомендацию для поступления мне дал Лев Вольфович Поляк, в ту пору корреспондент “Рабочего края”. К числу своих учителей, кроме него, отношу и Ларису Львовну Полякову, помогавшую мне найти дорогу к интересному для читателя материалу, учила меня писать правду, какой бы она ни была, вовлекала меня в описание исторических тем, чем и прославила себя. “Легче написать хорошую статью,  сделать умозаключение тогда, когда располагаешь наибольшим количеством информации, – говорила она. – Спросить, уточнить что-либо – стыд минуты, не знать – стыд жизни”. Она права. Наши семьи были дружны, мы жили в одном подъезде дома и с Оксаной Семеновной Поляковой.  Три дерева, растущие в нашем дворе, были посажены ей и напоминают нам об этой исключительной семье.

В работе семь лет корреспондентом много чего было. Остались события, которые и по сей день греют душу добрыми воспоминаниями. Но жизнь порой делает крутые повороты. Случилось так, что в пору заготовки кормов колхоз “Красное знамя” резко отставал от остальных. В.И.Смирнов дал задание разобраться в причинах. К тому времени у меня был редакционный мотоцикл “Восход”, и я через полчаса в колхозе. Разбираться в причинах долго не пришлось – коллектив, председатель и агроном  вот уже несколько дней справляли религиозный праздник. В газете с громким заголовком “Вместо кос стучат стаканы” появилась разгромная статья. На следующий день она была предметом обсуждения на бюро РК КПСС. Вскоре меня вызвал секретарь А.Т.Лебедев и после пятиминутной беседы заявил: “Завтра в колхозе “Красное знамя” состоится общее собрание, будем тебя рекомендовать председателем”. Вот такой поворот, но это уже другая история.

Фото из архива Е.БЕЛИНОВОЙ

Оцените статью
Газета «Волга»