В её жизни было всё: и горе, и радость

В её жизни было всё:  и горе, и радость

1 ноября отметила свой юбилей Валентина Ивановна Голубева – самая активная жительница деревни Андрониха.

Трудное детство

Родилась Валентина Ивановна 1 ноября 1944 г. в деревне Мильковиха Щекотихинского сельсовета в семье простой крестьянки Марии Алексеевны Резкиной. Деревня находилась напротив нынешних Новоселок через речку.  Так уж сложилось, что у мамы она была одна.

 Из Мильковихи все стали разъезжаться, пришлось уехать и им, свой новый дом они нашли в деревне Истомиха. Отец Валентины был председателем колхоза, но регистрировать отношения не спешил, и, прожив четыре года с ее матерью, уехал.  Мама с Валей остались одни. Женщине пришлось очень тяжело, она держала хозяйство, корову, овец, куриц. С маленьким ребенком водиться и сидеть было некому, часто приходилось оставлять дочку одну. 

В её жизни было всё:  и горе, и радость

Шла война, время было трудное и неспокойное.  Жили бедно, чтобы было побольше трудодней у матери, Вале пришлось с малых лет помогать ей в работе: мяла лен, молотила зерно, приходилось по ночам возить навоз с фермы, ездила в лес пилить дрова. В четвертом классе она уже умела доить корову, а в четырнадцать лет косила в бригаде.

 По выходным мать посылала девочку со взрослыми в Юрьевец на базар с молоком и яйцами, так как самой было некогда. Ходили пешком. Дорога проходила через деревни Иваньково, Лиственская, выходили на Дворищи и в Юрьевец. Пока идешь, устанешь, замерзнешь и есть захочешь.

В то время нужно было платить налог.  Сдавать определенное количество мяса, молока, яиц, шерсти. Есть или нет, никого не волновало. Люди даже покупали продукты и сдавали.

– Семье нужна была швейная машинка, – рассказывает Ольга Голубева, сноха Валентины Ивановны. –  Для её покупки необходимо было сдать 800 яиц, что и пришлось сделать. Машинка до сих пор жива.

Университеты ее жизни

Так или иначе, но детские забавы были в любое время. Ребята собирались гурьбой, озорничали, катались с гор и купались летом в речке.

В её жизни было всё:  и горе, и радость

 Однажды по весне ученики гуляли на реке. Солнце уже начинало припекать, но лед казался вполне надежным. Вдруг раздался треск, и большая льдина двинулась прочь от берега. Мальчик Коля Соловьев остался стоять на ней.  Все перепугались, забегали и вместо “Караул” в страхе закричали “Ура”! Все закончилось хорошо, но память об этих днях у Валентины Ивановна жива.

Детство было бедным, одежды и обуви не хватало. Чтобы пройти через речку в село Задорожье в школу, обувь снимали и шли по ледяной воде. А школа находилась на том месте, где сейчас стоит трапезная – в большом деревенском доме. Так что шлепать по воде приходилось как минимум два раза в день.

 Первую учительницу звали Галина Александровна Кузнецова, ученики души в ней не чаяли, хотя она и была очень строгой. 4 класс заканчивала уже в другой школе в деревне Понькино. Её помнит, наверное, добрая половина нынешнего населения Щекотихи. Школа располагалась в доме раскулаченной семьи Копытовых. Здание в два этажа учеников вмещало много. Затем все ребята из окрестных деревень продолжали обучение в Жуковской восьмилетке. До школы также добирались пешком. По утрам все собирались вместе и отправлялись в дальний путь.

 Ближе к Жуковке был Семеновский дол, там иногда останавливались, чтобы принять решение: прогулять уроки или все же пойти на занятия. Но к учебе все-таки относились прилежно. Валентина Ивановна вспоминает случай, когда учительница по немецкому языку Вера Николаевна Беляева поставила ей двойку, сказав: “Садись, Валя, цвай.” Спрятав дневник под подушку, Валя, переживая, дожидалась прихода матери.

– Она каждый день проверяла дневник. Безграмотная женщина, увидев двойку, дала Вале такую взбучку, что потом оценки по немецкому были только “4” и “5”, – рассказывает Ольга. –  Мама часто рассказывает о себе, поэтому мы знаем о ее жизни практически все.

 В школе училась хорошо, все три года обучения в Жуковке была старостой. Закончив семь классов в 1959 г., перешла в Обжерихинскую школу, где училось много ребят из окрестных деревень. И снова её путь шел через поля из Задорожья до Обжерихи по старой неасфальтированной дороге. Асфальт появился позже, а на обочинах деревья сажали школьники, в том числе и Валентина. Саженцы привозили из деревни Попово, которая располагалась за Проталинками. В самые холода оставалась в интернате. Школа в Обжерихе была деревянная, директором работал Лев Александрович Беляев, а потом Николай Моисеевич Стефанов.

– Хороший был человек, в   «Волге» печатали его стихи, –  рассказывает Ольга Юрьевна. – Потом школа сгорела, и учиться стали в здании интерната, зимой в морозы стояли на квартирах. Мать давала два рубля на неделю. Конечно, денег не хватало. В то время появились рейсовые автобусы, но на них школьники не ездили – экономили деньги. Потом стали появляться велосипеды. При школе был большой огород, приусадебный участок, инкубатор. Школьники сами выращивали птицу.

Работали, учились, отдыхали

В старших классах за лето нужно было вырабатывать по 200 трудодней, бригадиры проверяли их наравне со взрослыми. Классным руководителем Вали была Анна Алексеевна Серова.

 Жили старшеклассники дружно и весело. Когда квартировались зимой, досуг проводили в Задорожском и в Обжерихинском клубах. Педагоги строго следили за режимом дня учеников. Однако ребята и тут находили выход: ставили дежурного, который их предупреждал, тогда все прятались в дыру под сценой. После окончания школы узнали, что военкомат набирает телефонисток в Германию. Валя с подружками охотно засобиралась, но учительница Анна Алексеевна отговорила. В школе Валя имела второй разряд по легкой атлетике, была успевающей ученицей, поэтому поступила в Иваново на исторический факультет. Проучившись примерно год, встретила свою судьбу. Это произошло в деревне на танцах. Красивый, статный парень с необычным именем Юлий был из Андронихи.  Институт отошел на второй план, стали думать о семейной жизни.  Работала в Жуковской школе, сначала учителем физкультуры, затем преподавала физику.

 Большую помощь ей оказал Геннадий Алексеевич Гурьянов, участник ВОВ. Он тогда работал учителем. В Жуковке проработала пять лет и была переведена в Задорожскую школу учителем начальных классов. Потом избрали депутатом, а затем в 1971 г.  предложили должность секретаря Задорожского сельсовета.  в 1971г. Председателем в то время была Клавдия Макаровна Петрова, бухгалтером – Ирина Ивановна Градина, ей сейчас 90 лет.

Дорогая сердцу Андрониха

 К этому времени у Валентины Ивановны было двое сыновей. В 1963 году она переехала в Андрониху и до сих пор там живет.  В ведении Задорожского сельсовета были и многочисленные деревни, включая Щекотиху, Гарь, Жуковку. Позже Андрониха отошла к Обжерихе (когда образовался совхоз Волжский).

 Про работу в сельсовете Валентина Ивановна вспоминает с теплотой. Она помогала восстанавливать имена погибших в Великой Отечественной войне односельчан, регистрировала браки. Тогда на мероприятия собиралась вся деревня. Практически на всех свадебных фотографиях односельчан есть она. Выходных, можно сказать, не было: посылали помогать колхозу выращивать свеклу, капусту, заготавливать веники, хвою, убирать лен.

В Андронихе тогда народу было много, она всегда считалась зажиточной деревней. Валентина жила в доме свекрови, у которой был непростой характер, она указывала невестке на свое место.  Но молодость брала свое, Валентина всегда была веселой, любила праздники. Она дружила с Августиной Карпаковой, Зинаидой Баковой – первыми заводилами села. Народ собирался на гуляния на Ивановой горе, а зимой – в избе.

–  Бывало, стучат в дверь, свекровь откроет, а там уже две бойкие бабенки – Вера Баскакова и Надежда Голубева, у одной из них ридикюль наперевес с блестящей застёжкой, Вера Баскакова и Надежда Голубева, – рассказывает Ольга. – Кричат: “Верка, отпускай Валю, мы по рублю пошли собирать”. Это были так называемые складчины. Каждая семья скидывалась деньгами, и организовывался праздник. Гуляли весело, на святки всех к себе приглашала Анастасия Ивановна Калинина.

Муж, Юлий Александрович, всю жизнь проработал в колхозе им. Мичурина механизатором. Он любил веселый нрав своей жены. До пенсии не дожил, а вслед за ним через месяц умерла и свекровь. Валентина Ивановна перевезла к себе старенькую маму, за которой ухаживала до самой смерти, потом ещё удар – потеряла сына Александра, ему было всего 42 года.

Все, что есть сейчас в ее жизни, – это сын Владимир, сваха Надежда Анатольевна, которая не оставляет ее без внимания, сноха Ольга, внуки Дмитрий и Артем, соседи, прекрасный отзывчивый фельдшер Ольга Бакова. А еще у нее в жизни есть неиссякаемый запас энергии и добрые воспоминания о прожитых годах.

Алла Шестакова, фото автора и из архива семьи ГОЛУБЕВЫХ

Оцените статью
Газета «Волга»